Информационно-психологическая война. Не пой красавица, при мне Ты песен Ливии печальной!

Ключи к посту   Либерасты предлагают сделать из Евровидения прачечную вашингтонского обкома

Весьма точно сущность профессионально организованной психологической войны выражена в наставлениях древнекитайского философа и военного деятеля Сунь Цзы (VI век до н.э.). Они сводятся к следующему:

1. Разлагайте все хорошее, что имеется в стране вашего противника.

12. Будьте щедры на предложения и подарки для покупки информации и сообщников. Вообще не экономьте ни на деньгах, ни на обещаниях, так как они приносят прекрасные результаты.

Принципы информационного противоборства военных сил США второго поколения предусматривает аналогичный подход:

- создание атмосферы бездуховности и безнравственности, негативного отношения к культурному наследию противника;

- манипулирование общественным сознанием и политической ориентацией социальных групп населения страны с целью создания политической напряженности и хаоса;

- дестабилизация политических отношений между партиями, объединениями и движениями с целью провокации конфликтов, разжигания недоверия, подозрительности, обострения политической борьбы, провоцирование репрессий против оппозиции и даже гражданской войны;

- снижение уровня информационного обеспечения органов власти и управления, инспирация ошибочных управленческих решений;

- дезинформация населения о работе государственных органов, подрыв их авторитета, дискредитация органов управления;

- провоцирование социальных, политических, национальных и религиозных столкновений;

- инициирование забастовок, массовых беспорядков и других акций экономического протеста;

- затруднение принятия органами управления важных решений;

- подрыв международного авторитета государства, его сотрудничества с другими странами;

- нанесение ущерба жизненно важным интересам государства в политической, экономической, оборонной и других сферах.

Информационно-психологическое противоборство в современной войне

История войн и военного искусства наглядно свидетельствуют о том, что исход вооруженных событий в конечном счете зависит от двух факторов: материального и морального. Еще в древности наиболее талантливые полководцы отчетливо понимали, что бороться с неприятелем необходимо не только вооруженными средствами, но и путем целенаправленного воздействия на сознание, волю, чувства и настроения людей и пытались использовать средства психологического влияния для ослабления морального духа и боевой мощи противника. При этом учитывался тот простой факт, что никому и никогда не удавалось добиться активного и самоотверженного участия абсолютно всех военнослужащих в выполнении поставленных перед ними боевых задач.

В ряде исследований показывается, что лишь 15-25% из них ведут прицельный огонь по противнику, перемещаются по полю боя, выполняют распоряжения командиров. Значительная же часть из них, находясь во власти инстинкта самосохранения и негативных переживаний, нередко стремится к тому, чтобы уклониться от участия в боевых действиях.

В связи с этим нельзя не отметить появления нового феномена содержания войны: стирания граней между военными и невоенными средствами борьбы, когда высокая эффективность средств «ин-формационной войны», в сочетании с использованием высокоточного оружия и «невоенных средств воздействия» позволяет дезорганизовать систему государственного управления, поразить стратегически важные объекты и группировки войск, воздействовать на психику, подавлять моральный дух населения. То есть эффект применения этих средств сопоставим с ущербом от воздействия оружия массового поражения».

Боевые события последнего времени убедительно свидетельствуют о том, что технология ведения войны, нацеленная на достижение победы, должна, наряду со средствами поражения и физического уничтожения неприятеля, обязательно включать специальные средства его дезинформации, снижения морально-психологической устойчивости, паралича воли к сопротивлению, создания неблагоприятной социально-политической обстановки в зоне ведения боевых действий.

Опыт осуществления успешных информационных и психологических акций в военных событиях последнего времени (при проведении военной операции США в Гренаде (1983 г.), во время войны в Персидском заливе (1990-1991гг.), при вторжении на Гаити (1994 г.), в ходе выполнения миротворческих задач в Боснии и Герцеговине (1996 г.) и др.) свидетельствует о том, что их эффективность высока лишь тогда, когда они увязываются в целостную систему информационно-психологического воздействия, осуществляются по единому плану, на уровнях, объективно востребуемых обстановкой.

Известно, что попытки оказать психологическое влияние на противника в целях его дезинформации, запугивания, деморализации предпринимались еще в глубокой древности. Считается, что целенаправленное психологическое воздействие человеком на человека в целях изменения поведения другого применяется с тех пор, когда возникли первые контакты между людьми. В одной из библейских легенд рассказывается о том, как Гедеон, ведя войны со своими многочисленными противниками, нередко прибегал к военным хитростям, дезинформации и запугиванию неприятеля. Однажды он так смог запугать врага, что тот, потеряв контроль над своими действиями, ударил по своим войскам. В сочинениях Плутарха описывается интересный факт эффективного использования психологического давления на противника. Римляне, узнав о том, что царь этрусков готовится совершить нападение на их земли, послали в стан неприятеля патриция Муция Сцеволу. Прибыв во вражеский лагерь, Муций долго уговаривал их царя от нападения на Рим, предлагая различные варианты мира. Однако главный этруск был непреклонен, настаивая на том, что город должен пасть. Тогда Сцевола, исчерпав все аргументы, вытянул руку над огнем и держал ее до тех пор, пока пламя не показалось с обратной стороны ладони. Вождь этрусков был настолько потрясен величием духа противника, что отказался от нападения на Рим.

Искусство управления мыслями, психическими состояниями, поступками людей формировалось, совершенствовалось и хранилось как тайное оружие жрецами, государственными и военными деятелями Шумера, Вавилона, Египта, Китая, Древней Греции и Рима. В трудах Геродота, Ксенофонта, Плутарха, Юлия Цезаря описываются некоторые приемы, используемые в целях введения противника в заблуждение, порождения предательства и паники в его рядах, подрыва воли к сопротивлению. Среди них: распространение слухов о преобладающем числе ( или, напротив, о незначительности ) своих войск, о наличии нового , мощного оружия , о своей непобедимости, о якобы задуманном маневре, об измене ( пленении ) и бегстве командования, о хорошем обращении с пленными и др.

В средние века славу известных специалистов по психологическому воздействию на войска противника снискали Чингизхан, киевский князь Святослав, кардинал Ришелье. Так, в полевом уставе армии США FM33-1 «Психологические операции» описывается как монгольские лазутчики, характеризуя татаро-монгольское войско обывателям и правителям стран — потенциальных жертв, отмечали, что «все монгольские воины — истинные мужчины и выглядят как настоящие богатыри; все их помыслы связаны ни с чем иным, как только с войной и кровью; они выражают такое громадное нетерпение к бою, что их полководцам трудно удается их сдерживать; однако, несмотря на то, что они такие жестокие, они держат себя в рамках строгой покорности командованию и полностью посвятили себя своему правителю; они довольствуются любой пищей и не очень тщательны в выборе зверя или скотины для еды ... едят не только свиное мясо, но могут питаться и мясом волка, медведя и собаки;... что касается их численности, то войска Чингизхана, по-видимому, напоминают кузнечиков, сосчитать которых не представляется возможным». Надо сказать, что спустя более семи столетий в психологической операции против российской армии ведущей боевые действия в Чечне использовались очень похожие тексты.

Блестящие попытки осмыслить практику подрыва морального духа неприятеля предпринимались в трудах Ф. Бекона «О хитрости», Д. Свифта «Искусство политической лжи», Н. Макиавелли «Государь и рассуждения на первые три книги Тита Ливия» и др. В более позднее время практические рекомендации по психологическому разложению противника вырабатывались А.В. Суворовым, Наполеоном и др. Так, например, Наполеон считал, что «четыре газеты смогут причинить больше зла, чем стотысячная армия». Именно поэтому в его армии постоянно находилась походная типография мощностью до 10 тыс. листовок в сутки.

На рубеже 19-20 веков деятельность военно-политического руководства многих стран по психологическому воздействию на противника как в военное, так и в мирное время, приобретает новое значение, большой размах и организационное оформление. Первая мировая война была тем военным столкновением, в котором впервые целенаправленно и масштабно были использованы многие средства и способы информационно-психологического воздействия на противника. Именно тогда были созданы первые специальные органы ведения пропаганды и подрывных акций среди войск и населения противника (в США — комитет общественной информации, в Великобритании — управление пропаганды среди войск и населения противника, во Франции — служба пропаганды, в Германии — специальный отдел генерального штаба и т. д.), осуществляются первые научные изыскания в этой области, разрабатываются средства влияния на сознание, волю, настроение и поведение людей.

Особенной активностью в проведение информационно-психологических акций отличалась Англия. Англичанами были выпущены миллионы листовок, которые разбрасывались с помощью авиации и воздушных шаров над территорией противника. Французскими органами психологической войны было подготовлено и распространено среди германских войск около 30 млн. экземпляров листовок и другой печатной продукции. Не менее активно участвовали в информационно-психологическом противоборстве и германские спецслужбы. Работая на два фронта, они буквально засыпали с цеппелинов листовками российские, английские и французские войска. Использую тонкую дезинформацию, грубую ложь и запугивание, они сумели существенно повлиять на морально-психологическое состояние союзнических армий.

Искусство «психологической войны», «психологического вредительства», «пропаганды» в полной мере проявилось в годы второй мировой войны. Один из идеологов германской стратегии «психологического вредительства» Э. Баизе подчеркивал, что «психология, используемая в качестве военного оружия, является средством, влияющим на отношения наций к тем или другим событиям, в том числе к войне. Врага следует атаковать в его наиболее уязвимых местах ( какая нация не имеет таких мест?). Необходимо подтачивать и ослаблять его сопротивляемость, необходимо убеждать широкие массы в том, что они обмануты, преданы и приведены к гибели своим же собственным правительством.

В результате народ потеряет уверенность в правоте своего дела, что, в свою очередь, позволит политической оппозиции поднять голову и активизироваться . Организм враждебной нации, в начале единый, крепкий и сильный должен постепенно разложиться начать загнивать, распадаться на составные части с тем, чтобы в конце концов перестать существовать, подобно растоптанному лесному грибу»

Для реализации этих целей в фашистской Германии было мобилизовано 25000 пропагандистов и 2500 специальных сотрудников, которые действовали в 45 странах. В интересах выработки научно обоснованных рекомендаций специалистам по психологическим диверсиям активно работала «психологическая лаборатория», в которой имелись отделы «психологического вредительства» . Ведомство Геббельса, осуществляя информационно-психологические акции, руководствовалось наставлением фюрера: «Есть более глубокая стратегия — война интеллектуальная, психологическим оружием». Для руководства всей информационно-пропагандистской деятельностью в апреле 1939 года был создан отдел военной пропаганды верховного главнокомандования германской армии, разрабатывавший планы «пропагандистского обеспечения» крупных операций войск. Планы утверждались лично Гитлером.

С 1938 года функционировала сеть корпусных (армейских) «рот пропаганды», которым было предписано собирать фронтовой материал (корреспонденцию, кинохронику, радиоматериалы) для пропаганды в тылу, помогать организации досуга и развлечений военнослужащих, вести пропаганду среди населения прифронтовой полосы и среди войск противника. Роты были подчинены отделам разведки штабов родов войск, армий и флотов. В батальонах были введены должности офицеров по пропаганде, ведавших вопросами идеологической обработки своих солдат, а также «духовного порабощения» захваченного населения. В этих же целях фашисты устраивали помпезные демонстрации военной техники и оружия для руководителей, дипломатов и представителей СМИ разных стран. Об эффективности пропагандистских и психологических акций фашистов говорит то, что им, по существу без единого выстрела, удалось захватить Австрию, Чехословакию, Данию, Норвегию, длительное время манипулировать своими основными противниками и др.

О размахе психологической борьбы в годы минувшей войны свидетельствуют и такие факты. Только на территории Европы американцы распространили 8 млрд., а англичане — 6 млрд. листовок. Для этого было задействовано около 80% печатных мощностей Великобритании, около 500 артиллерийских подразделений, сотни тяжелых бомбардировщиков . Целенаправленно велся поиск наиболее действенных средств воздействия на психику людей. Так в 1945г. на германскую территорию было сброшено большое количество зажигалок с инструкциями о поджоге, широко использовалось применение листовок, звуко- и радиовещания, распространение слухов и др.

В настоящее время в странах НАТО, весь комплекс мер информационно-психологического воздействия на войска и население противника обозначается термином «психологические операции».

По мнению военно-политического руководства этих государств, такие операции представляют собой самостоятельный вид воздействия, эффективное оружие, применение которого может позволить вообще отказаться от военной силы. Например, существует твердая уверенность в том, что тысячи американских солдат в минувших войнах остались в живых, благодаря маленьким кусочкам бумаги, словам и идеям, забрасываемым на вражескую территорию и передаваемым по радио.

В армиях НАТО организация психологических операций регламентируется директивами, уставами и наставлениями, разрабатываемыми как для армий отдельных государств, так и для блока в целом. Здесь действует единая директива «О принципах планирования и ведения психологических операций». Своеобразный «тон» в определении общих ориентаций, масштабов, интенсивности, форм и методов осуществления информационных и психологических акций в рамках психологических операций задают США. Американская система, во-первых, впитывает в себя все, что наработано в этой области в других странах, во-вторых, сама выступает для них неким эталоном в данной сфере и, в-третьих, демонстрирует в последнее время приемы «высшего пилотажа» в этой области. Поэтому целесообразно именно ее рассмотреть наиболее подробно.

Основными задачами психологических операций считаются: убеждение общественного мнения в правильности, необходимости военного вмешательства; воздействие на военно-политическое руководство противника и его союзников с целью заставить их отказаться или воздержаться от вступления в войну; поддержка внутри страны противника оппозиции, сил сопротивления, расовых, этнических, религиозных и других противоречий, подрыв доверия к руководству страны; руководство и содействие диссидентским элементам, взаимодействие с силами, ведущими борьбу в подполье; воздействие на население дружественных стран; содействие развитию доброжелательности населения нейтральных стран; подрыв морального духа, создание обстановки неуверенности и беспокойства среди личного состава армии противника, снижение его боеспособности; проведение аналитической работы по вскрытию уязвимых мест противника, подготовка и доведение до командиров тактического звена, а также групп и лиц, выполняющих задачи в районе боевых действий, соответствующей информации; оказание содействия в захвате населенных пунктов противника путем предъявления ультиматума и передачи призывов к капитуляции; оказание помощи командованию в осуществлении контроля за враждебно настроенным населением в зоне боевых действий; противодействие психологическим операциям противника и подрывным элементам; прогнозирование степени психологического воздействия на людей боевых действий. Как видно, решение перечисленных задач должно обеспечить достижение морально-психологического превосходства своих войск над войсками противника.

Обосновывая роль психологии в организации и ведении психологической войны, известный американский специалист в этой области П. Лайнбарджер подчеркивает, что психолог способен сказать каким образом страсти можно превратить в негодование, личную находчивость в массовую трусость , трения — в недоверие, предрассудки — в ярость .

Таким образом, психология в рамках психологических операций: указывает на те особенности человеческой и групповой психики, которые целесообразно подвергнуть воздействию; разрабатывает эффективные методы оценки психологического состояния противника; дает рекомендации специалистам, ведущим психологическую войну по планированию операций; вырабатывает критерии и методы оценки результативности психологического воздействия на людей.

Создавая научный фундамент психологических операций, военные психологи западных стран опираются на достижения различных психологических школ. При этом за основу принимаются следующие положения:

* о решающей роли бессознательного в детерминации человеческого поведения, о функционировании механизмов психологической защиты и способах их преодоления (психоанализ);

* о рефлекторном закреплении («якорении», «зомбировании») определенным образом соотносящихся восприятий, переживаний, действий; о внушающей силе структуры, эмоционального тона, пространственно-временных характеристик информации (бихевиоризм, нейролингвистическое программирование);

* о роли «ментальных схем» в восприятии человеком окружающего мира, происходящих событий и информации ( когнитивная психология );

* о структуре и динамике потребностей человека ( гуманистическая психология ) и др.

Психология помогает организаторам психологических операций выявлять наиболее слабые звенья в морально- психологическом состоянии противника и научно обоснованно строить тактику психологического давления на него. Она рекомендует широко использовать в этих целях национальные, социальные, религиозные противоречия, трудности, с которыми сталкиваются войска противника (голод, холод, плохое материально-техническое обеспечение и др.); распространять слухи и дезинформацию о значительном превосходстве своих войск, больших потерях противника, различии интересов и целей разных категорий военнослужащих; активно работать с военнопленными и др. Выводы психологии активно используются для придания распространяемой информации свойства легкой и быстрой усваиваемости, «просачиваемости» в бессознательное человека. Это достигается путем эксплуатации закономерностей человеческого восприятия, так называемых «эффектов». Среди них хорошо изученным на сегодняшний день являются: эффект первичности, эффект авторитета, эффект «голос пророка»; эффект повторения; эффекты возложения ответственности и др.

Эффект первичности . Специалисты психологических операций исходят из того, что первое сообщение о каком-либо событии оказывает более сильное воздействие, чем последующие. Оно как бы создает своеобразную установку, формирует отношение человека к происходящему. Другая информация, в этом случае, будет воспринята лишь тогда, когда удастся изменить сформировавшуюся позицию человека, что существенно сложнее. В последствии, источник информации, первым сообщивший о том или ином факте будет оцениваться как более предпочтительный. Поэтому важным принципом психологической операции является оперативность информирования объектов воздействия о текущих событиях, изменении обстановки и др.

Эффект авторитета. В психологии хорошо известно, что чем авторитетнее источник информации, тем больше сила ее внушающего воздействия на людей. Учитывая это, практики психологических операций стремятся создать для своих источников информационно- психологического воздействия имидж особой осведомленности, объективности и независимости. Это достигается передачей достоверных сведений, хорошо известных, легко проверяемых (например, потери воинских частей, фамилии командиров, названия городов, улиц, номеров домов и др. ), привлечением мнений экспертов, свидетелей, документальных данных, использованием самокритики и др.

Эффект «голос пророка». Доказано, что авторитет источника информационно- психологического воздействия существенно возрастает, если он обладает высокими прогностическими свойствами. Поэтому при осуществлении психологических операций западные специалисты конструируют информацию таким образом, что изложенные в ней факты воспринимаются как ранее ими предсказанные. При этом используются закономерности ассоциаций по смежности, подобию, контрасту, временной и пространственной близости.

Эффект повторения. Основывается на закономерностях запоминания человеком информации. Психологический механизм многократного повторения действует на основе принудительного привлечения внимания, подсознательного восприятия предлагаемой информации, существенного сужения сознания человека в экстремальной обстановке. В боевых условиях человек меньше задумывается над значением отдельных слов и формулировок. Психологами выработаны рекомендации как избежать явной назойливости для недопущения апатии и безразличия при многократном предъявлении информации. Считается, что целесообразно передавать одно и то же сообщение трижды : в кратком изложении, полном и снова в кратком. Затем, при необходимости, эта же информация может быть преподнесена в другой форме ( новости , аналитический обзор, интервью, панорама и д. р.). При этом соблюдается установка на первоочередное воздействие на чувства и состояние людей.

Эффект возложения ответственности. Основывается на том, что человек склонен воспринимать успешное и неуспешное развитие событий в категориях ответственности. При этом, он приписывает причины успеха себе самому, а ответственность возлагает на других людей. Поэтому специалисты ПсО при воздействии на людей стремятся связать любые трудности и препятствия, неудачи с конкретными объектами (конкретные лица, политические партии, организации, правительственные круги, законодательство, моральные и этические нормы и др. ). Как правило выбирается ограниченное число таких объектов и на них настойчиво направляется ненависть людей.

Планируя и осуществляя психологические операции, западные специалисты опираются на данные психологии о специфике работы органов чувств человека. Считается, что деморализующее воздействие сильнее тогда, когда реализуется одновременно через несколько анализаторов (зрительный, слуховой, кинестетический,), а также на субсенсорном уровне. При этом используются самые разнообразные приемы.

В уже упоминавшемся полевом уставе армии США «Психологические операции» описываются следующие приемы: утверждение, неодобрение, демагогия, «дорогие слова», лозунги, цитирование, доказательства с ссылкой на официальные и персональные заявления, неопределенность, рациональность, простота, подмена ответственности, выбор «наименьшего зла», компрометация, подмена фамилий, навешивание ярлыков, использование мышления и привычек простых людей, просторечный язык, диалект и др. Уже только перечисление свидетельствует о том, что специалисты психологических операций владеют достаточным арсеналом приемов воздействия на умы, настроения и поведения людей.

В распоряжении органов психологических операций находятся самые современные средства, позволяющие осуществлять целенаправленное влияние на общественное мнение, сознание, подсознание, поступки людей, их психическое состояние, чувства и здоровье. Внимательное, заинтересованное изучение всей совокупности этих средств позволяет сделать вывод о том, что сегодня в мире ускоренными темпами создается, проходит полевые испытания и практически используется при решении военных задач новый класс мощного, высокоэффективного оружия на основе современных и перспективных психотехнологий, которое может стать одним из решающих средств достижения целей в современной войне.

Читать полностью http://www.gilbo.ru/index.php?page=psy&art=3205

Источник